Маршалл Маклюэн – философ и исследователь медиа

Влияние планшетов на детей

Николас Негропонте 

Вы видели когда-нибудь, как двухлетний ребенок пользуется iPad?

Фантастический рост влияния современного инструкционизма (http://www.papert.org/articles/const_inst/const_inst1.html) (Сеймур Пайперт создал термин «инструкционизм» как описание метода преподавания, при котором учитель инструктирует учеников как думать о том или ином предмете или процессе, навязывая ученику соответствующую курсу модель мышления и точку зрения – ВГ), включая совершенно ложную веру у то, что существует идеальный способ научить человека чему-либо, вызывает у меня опасения – в частности, из-за того, что получает практически неограниченную поддержку со стороны Билла Гейтса, Google и моего родного университета, MIT. В то время, когда Khan Academy очаровательна и восхитительно бесприбыльна, Салман Хан вряд ли всерьез верит, что он сам и небольшая группа его коллег могут создать все учебные материалы, даже если бы мы ограничивали свое знание получением инструкций.

One Laptop per Child (OLPC), благотворительная ассоциация, которую я основал, запустила производство так называемых XO Laptop в 2005 году с встроенным языками программирования. В настоящее время в руках детей в 40 странах мира находится 2,5 миллиона устройств, в которых используется 25 языков. В Уругвае, около 400 000 детей имеют свой собственный XO laptop, а обучение программированию является обязательным элементом школьной программы. Такое же решение принято в Эстонии. В Эфиопии, 5 000 детей пишут компьютерные программы на языке программирования Squeak.

OLPC обеспечил продажи в объеме примерно 1 млрд. долларов с 2005 года. Это значительно больше, чем большинство людей, которым известно о проекте, думает. Чему мы научились в рамках реализации проекта? – Прежде всего, мы поняли, что большую часть обучения дети совершают самостоятельно. Вопрос в том, насколько большую?

Чтобы найти ответ на этот вопрос, мы обратили внимание на 100 миллионов детей, которые не имеют доступа к начальной школе. Многие из них не получают образования просто потому, что вблизи их места жительства нет школы, или в деревнях, где они живут, просто нет грамотных взрослых, и, увы, это положение вряд ли изменится в ближайшем будущем. Мои коллеги и я запустили эксперимент в двух таких безграмотных деревнях, задаваясь простым вопросом: могут дети научиться читать совершенно самостоятельно?

Чтобы найти ответ на этот вопрос, мы привезли несколько полностью упакованных программами планшетных компьютеров в две эфиопские деревни, по одному на каждого ребенка, без каких либо инструкций или пояснительных материалов. Каждый планшет был соединен с солнечной батареей, потому что в деревнях нет электричества. Содержимое девайсов состояло из честно подобранных игр, книг, комиксов, фильмов – чтобы иметь ассортимент для изучения выбора детей, и понимания – смогут ли они понять, как этим всем пользоваться. Мы получали данные с планшетов дистанционно, в данном случае, производя обмен SIM-карт еженедельно (с помощью процесса, хорошо известного как sneakernet – имеется в виду, что они просто подговаривали других детей стащить «симку» и поменять ее на другую).

Буквально за считанные минуты, все планшеты были извлечены из упаковки и включены детьми. За первую неделю эксперимента, в среднем, каждый ребенок воспользовался 47 приложениями. Результатом второй недели было то, что дети стали соревноваться друг с другом в знании алфавита.

Приведет ли это к более глубокому уровню чтения? Пока мы не можем сказать это с уверенностью. Но если ребенок в состоянии самостоятельно научиться читать, он или она смогут читать, для того чтобы продолжать учиться. Если эти дети будут в состоянии читать на уровне 3-го класса через 18 месяцев владения планшетом, то такая перемена будет для них решающей.

Случится это или нет – должно быть доказано дальнейшим ходом эксперимента. Располагая этими результатами, мы не только сможем донести образование к 100 миллионам детей, которые сегодня его лишены, – намного быстрее, чем правительства стран будут в состоянии построить школы и дать образование достаточному количеству учителей – но одновременно мы получим бесценный опыт в отношении обучения для нашего, развитого мира. Если дети в Эфиопии могут учиться без школы как таковой, то что значит ситуация, когда дети в Нью-Йорке не учатся, даже когда они ходят в школу?

Смысл эксперимента будет очень простым: дети в состоянии многому научиться совершенно самостоятельно. Значительно в больших объемах, чем наше взрослое представление об этом. Любопытство является натуральным свойством человека, и все дети одарены им до тех пор, пока оно не выбито из них взрослыми, или, что чаще – школой. Создавать вещи, открывать вещи и меняться вещами – вот ключевые действия. Прекрасно, что в нашем распоряжении есть огромные библиотеки очевидного знания, такие как современные энциклопедии или учебники. Но значение доступа к этим ценностям существенно меньше, чем способность построить мир, в котором дети создают идеи, совершают самостоятельные открытия, и изобретают заново – во имя обучения через делание и познание.

Пер. Василия Гатова
postjournalist.ru/?p=471