Маршалл Маклюэн – философ и исследователь медиа

Бодрийяр и Маклюэн

Medium is message.
M. Маклюен

О сходстве концепций Бодрийяра и Маклюена написано очень много, в 1980-х первого стали называть «новым Маклюеном». Это сходство лежит на поверхности, Бодрийяр сам часто обращается к маклюенизму, однако расхождение в представлениях двух знаменитых мыслителей также весьма значительно.

В 1967 г. Бодрийяр назвал знаменитый афоризм Маклюена «medium is message» «формулой отчуждения технического общества» и критиковал канадского автора за натурализацию отчуждения и технологический редукционизм. Однако в 1970-е гг. формула Маклюена стала руководящим принципом его собственной мысли. Д. Келлнер предлагает весьма любопытную «конфессиональную» интерпретацию различий между Маклюеном и Бодрийяром: «вселенский католицизм» Маклюена предполагает новый тип глобального сообщества и универсального сознания, в то время как «пуританский протестантизм» Бодрийяра рассматривает масс-медиа как идолов мнения, овеществляющих сознание человека и заманивающих его во «вселенную изображения», где нет различия между зрелищем и реальностью и где индивидуум предпочитает первое второму. А канадец Г. Геноско даже заявил, что тексты Бодрийяра представляют собой своеобразный вектор для передачи идей Маклюена. В своих ранних работах Бодрийяр относится к Маклюену весьма скептически, считая предложенный им анализ чересчур грубым и упрощённым. И в то же время он признаёт ценность многих идей Маклюена: ««The Medium is the Message» — это не критическое утверждение, но в своей парадоксальной форме оно обладает аналитической ценностью…» Бодрийяр предлагает принять эту формулу, очистив её от «технологического идеализма», в котором осуществляется перенос смысла на medium как технологическую структуру. Главный Медиум, говорит Бодрийяр, — это Модель, то, что схватывается формой-знаком.

Маклюен пишет: «»Содержанием» любого средства коммуникации всегда является другое средство коммуникации». Так, содержание письма — речь, а письменное слово — содержание печати. При этом «»содержание» всякого средства коммуникации скрывает от наших глаз характер этого средства» (Маклюен М. Понимание Медиа.) Формула «medium is message» обратима, её можно понимать двояко: во-первых, в том смысле, что медиум как технология в глазах адресата сводится к чистой визуальности (в рекламном клипе «кока-колы» телезритель обращает внимание на рассказанную в нём «историю», а в магазин не спешит); во-вторых, что сама технология является «посланием». Первое как будто предпочтительнее: Маклюен пишет, что «»содержание» средства коммуникации подобно сочному куску мяса, который приносит с собою вор, чтобы усыпить бдительность сторожевого пса нашего разума». И Бодрийяр много говорит об этом значении, например о том, что «молчаливое большинство» заворожено зрелищем и совершенно игнорирует стоящее за ним «послание». Но в то же время он заявляет, что Medium (техника) берёт верх над Message (содержанием) изделия, то есть его потребительной стоимостью. «Беньямин и Маклюэн оказались прозорливее Маркса: они разглядели, что подлинное содержание, подлинный ультиматум заключался в самом воспроизводстве. А производство как таковое не имеет смысла — его социальная целенаправленность теряется в серийности». По-видимому, надо сойтись на том, что и Маклюен, и Бодрийяр считают явным первый смысл и камуфлирующим второй, основной.

Бодрийяра и Маклюена сближает пристальное внимание к визуальной сфере в ущерб сфере акустической. Так что и гиперреальность мира представляется Бодрийяру как тотальная визуализация, а не как его гиперсоноризация. Маклюен, несмотря на свою музыкальность, тоже ориентировался на визуальность. В беседе с К. Байяр и Г. Найтом Бодрийяр подчеркивал, что Маклюен сводит коммуникативность к тактильности. Тактильности не в смысле физического и чувственного контакта, но в смысле непосредственной коммуникации, где происходит «короткое замыкание» между отправителем сообщения и его получателем. Тактильность — это форма неразличимости, недифференцированности, где всё восприятие сводится к осязательности. Маклюен перенимает средневековое представление о чувственном восприятии, рассматривая «здравый смысл» как баланс всех чувств.

Та же интуиция во многом присуща и Бодрийяру. Бодрийяр развивает маклюеновскую теорию расширения человека в пространстве за счёт технологических «протезов». Но при этом он считает представление Маклюена об универсализации человека через его опосредованное развитие чересчур оптимистичным. Функциональные «продолжения» человека, считает Бодрийяр, вместо того чтобы концентрически вращаться вокруг тела, превратились в эксцентрические сателлиты. В результате человек сам оказался в состоянии эксцесса и эксцентричности относительно орбитальной экстравертности своих собственных функций и технологий. Иными словами: если Маклюен считал технологии расширениями человека, то Бодрийяр самого человека рассматривает как функциональное расширение технологий.

Дьяков А. В. – «Жан Бодрийяр: Стратегии «радикального мышления»
Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2008