Маршалл Маклюэн – философ и исследователь медиа

Маршалл Маклюэн и «Поминки по Финнегану»

Романы Джойса «Улисс» (Ulysses) и «Поминки по Финнегану» (The Finnegans Wake) Маклюэн считал неотъемлемой частью современной культуры, в которой воплощены поиски новых средств коммуникации. В «Галактике Гутенберга» Маклюэн более тридцати раз ссылается на Джойса. Размышляя о книгопечатании как о части истории письма, он утверждает, что «Улисс» Д. Джойса содержит массу прозрений, объясняющих историю развития коммуникации, переход от «аудиотактильного пространства “сакрального” бесписьменного человека в визуальное пространство цивилизованного, или письменного, человека»[1].

Маршалл Маклюэн

Маклюэна привлекала эстетика «Поминок по Финнегану» c ее чередой сновидений и видений, которые превращаются из обыденных событий в мифологические и эпические. «Поминки по Финнегану» были одним из его самых любимых произведений. Для Маклюэна этот роман был источником постоянной умственной работы, поскольку для его понимания требовался не только энциклопедизм, но и знание Евангелия, Священного Писания, мировой истории, культуры, искусства, литературы, а также умение и желание играть в слова, угадывать замысел автора, спрятанный в сложных аллюзиях, метафорах, содержащий непонятные словосочетания, в которых, благодаря их звучности, слышались особая музыка и ритм.

Влияние «Поминок по Финнегану» на Маклюэна было настолько сильным, что «Галактику Гутенберга» он изначально думал назвать «Дорога к Поминкам» (The Road to Wake). Слово «wake» можно перевести как «пробуждение», т. е. название книги могло звучать в русском переводе как «Дорога к пробуждению». А это породило бы переосмысление содержания «Галактики Гутенберга».

«Поминки по Финнегану», в понимании канадского ученого, стали вершиной развития письменности. Маклюэн отмечал, что в этом романе сливаются письменная и устная культуры. Во многом такое мнение объясняется тем, что для понимания сложного эксперимента с языком, а именно это является отличительной чертой «Поминок по Финнегану», читатель должен был не только быть истинным знатоком английского языка, но также иметь знания в области литературы, истории, теологии. К тому же в тексте романа используются диалекты, слова и выражения из двадцати иностранных языков. Если «Улисс» требовал особого читателя-исследователя, хорошо знакомого с античной литературой, то «Поминки по Финнегану» были написаны для любителей решать сложные интеллектуальные задачи, расшифровывать лингвистические конструкции.

По мнению Маклюэна, Джойс видел параллель между «современным размежеванием вербального и образного», с одной стороны, и гомеровским миром, балансирующим между «старой сакральной культурой и новой, профанной, письменной, чувственной»[2] – с другой. Вместе с тем он считал, что в «Поминках по Финнегану» Джойс уничтожал дух печатной культуры с помощью радио, телевидения, кинематографа, звукозаписи[3]. Эти высказывания ученого сделаны в разные периоды времени. Они свидетельствуют о наличии в работах Маклюэна некоторых противоречий.

Маклюэну казалось, что Джойс в своем творчестве подтверждал его идеи в области теории коммуникации. В статье «Популярная/массовая культура: американские перспективы» (Popular/Mass Culture: American Perspectives, 1960) ученый сравнивал действия Джойса, «осветившего в “Поминках по Финнегану” ночной мир частной и коллективной жизни», с электричеством, которое ликвидировало «деление между днем и ночью, между внутренним и внешним миром, по отношению к работе и отдыху человека» [4]. “Поминки по Финнегану” для Маклюэна – это энциклопедия практического знания о происхождении и воздействии слов, письменности, дорог и кирпичей, телеграфа, радио и телевидения – тех видов медиа, которые ученый подробно анализирует в книге «Понимание средств коммуникации».

В 1950-е гг. интерес Маклюэна к Джойсу все больше возрастает. Он посвящает ему ряд статей и эссе: «Джойс, Фома Аквинский и поэтический процесс» (Joyce, Aquinas and the Poetic Process, 1951), «Исследование критики Джойса», (A Survey of Joyce Criticism, 1951), «Джойс или не Джойс» (Joyce or No Joyce, 1952), «Джеймс Джойс: Тривиально или квадривиально» (James Joyce: Trivial and Quadrivial, 1953).

В статье «Джеймс Джойс: Тривиально или квадривиально» проявился свойственный Маклюэну интерес к изучению языка, искусства, культуры и технологий одновременно. Ученый анализирует лингвистические особенности прозы Джойса, грамматические и риторические подходы к организации текста, и вместе с тем он проводит параллели между художественным миром романов Джойса и современными средствами коммуникации.

Использованные в названии статьи слова «тривиальный» (trivial) и «квадривиальный» (quadrivial) имеют несколько значений. Во-первых, они связаны со средневековой системой образования, в которой присутствовало деление на тривиум (trivium): риторику, диалектику (философию и логику) и грамматику (литературу), и квадривиум (quadrivium), куда входили арифметика, геометрия, музыка и астрономия. Сочетание слов «тривиальный» («trivial») и «квадривиальный» («quadrivial») являются также игрой слов, новым каламбуром, возникшим у Джойса, вероятно, под влиянием стихов Льюиса Кэрролла.

Канадский исследователь утверждает, что для Джойса, как и для святого Августина, науки тривиума и квадривиума образуют гармонию между филологией, естественными и точными науками[5]. Свою гипотезу он подкрепляет анализом видов деятельности персонажей романа. Подход Маклюэна к анализу творчества Джойса в статье «Джеймс Джойс: Тривиально или квадривиально» представляет несомненный интерес, но следует признать, что выдвинутая ученым гипотеза не столько раскрывает содержание романов Джойса, сколько представляет собой увлекательную, но несколько противоречивую версию толкования его произведений. Как и во всех своих работах, Маклюэн демонстрирует энциклопедизм, обращаясь к античным философам, средневековым мыслителям, писателям, поэтам и ученым XVIII–XIX вв. Высказывания канадского исследователя не столько помогают понять творчество Д. Джойса, сколько объясняют мировоззренческие творческие позиции самого Маклюэна, его путь от литературного критика к теоретику коммуникации.

Маклюэн полагал, что в «Поминках по Финнегану» Джойс, руководствуясь идеями итальянского философа Д. Вико, пытался изобразить историю человечества, его прошлое и настоящее, а главным инструментом, средством (the medium) для этой работы им был избран постоянный эксперимент с английским языком.

В статье «Радио и телевидение против АБВГД-мыслящих» («Radio and TV vs. the ABCD-minded») (1955) Маклюэн утверждает, что центральный эпизод в «Поминках по Финнегану» представляет собой длинную радио- и телетрансляцию, которая служит объявлением о наступлении новой эпохи в мировой истории.

В статьях 1950-х гг. Маклюэн отмечает блестящие образцы игры слов в романах Джойса. На основе каламбуров Джойса рождались маклюэнизмы. Так, слово «allforabit» в «Поминках по Финнегану»[6], образованное от «alphabet» («алфавит»), было подхвачено Маклюэном и превратилось в «allforabyte»[7], судя по всему, обозначающее алфавит компьютерной эры, состоящий из битов. Таким образом, литературный дар Маклюэна находил свое выражение в создании каламбуров и неологизмов.

Маклюэн обращает внимание на то, что мозаичная структура «Поминок по Финнегану» содержит все темы и модели человеческой речи и коммуникации. По мнению Маклюэна, Джойс в этом романе хотел сказать, что прогресс человечества может снова вернуться во тьму существования сакрального, или слухового, человека. Маклюэн считает, что Джойс намеренно заложил в название романа двойное значение («wakе» означает и поминки, и пробуждение) с целью показать, что цивилизация может или возродиться в новую эпоху электричества, или вернуться к прошлому, когда возрождение закончится «поминками».

Позднее в «Понимании средств коммуникации» Маклюэн придет к выводу о том, что творчество Джойса объединяет слуховую (акустическую) и визуальную традиции. Нельзя не согласиться с канадским исследователем, что игра слов в «Улиссе» и особенно в «Поминках по Финнегану» является примером акустического воображения Джойса. При чтении вслух «Улисс» и «Поминки» производят впечатление поэзии, имитирующей окружающие звуки, а некоторые фразы по своему звуковому и содержательному характеру напоминают шаманские заклинания. Все это и привлекало Маклюэна в текстах Джойса. Некоторые отрывки из “Поминок по Финнегану» могли бы быть литературным приложением к «Галактике Гутенберга» и «Пониманию средств коммуникации» М. Маклюэна. Размышляя о роли телевидения в современном обществе, Маклюэн не раз вспоминал фразу из «Поминок»: «Television kills telephony in brothers’ broil» («Телевидение убивает телефонию в братской ссоре»). По мнению ученого, это высказывание Джойса служило примером борьбы коммуникационных технологий за человека.

Маклюэн не смог стать авторитетом в литературных кругах как исследователь Джойса. Канадскому ученому ставили в вину неточности в анализе текстов ирландского писателя, попытку адаптировать его творчество под свои теории (те же обвинения Маклюэну выдвигали и за его статьи о Паунде и Элиоте). Однако в последние годы работы канадского ученого, посвященные Джойсу, получили признание не только за рубежом, но и в России.

Автор статьи: Архангельская Ирина Борисовна


[1] Мак-Люэн М. Галактика Гутенберга: Сотворение человека печатной культуры. – Киев: Ника-Центр: Эльга, 2004.– С. 110.

[2] Мак-Люэн М. Галактика Гутенберга. – С. 111.

[3] McLuhan M., Powers B.R. The Global Village: Transformations in World Life and Media in the XXI century. – New York; Oxford: Oxford Univ. Press, 1989. – P. 46.

[4] McLuhan M. Understanding Me. Lectures and Interviews / Ed. S. McLuhan and D. Staines. – Cambridge: The MIT Press, 2003. – P. 29.

[5] McLuhan M. Understanding Me. Lectures and Interviews / Ed. S. McLuhan and D. Staines. – Cambridge: The MIT Press, 2003. – P. 24–26.

[6] James Joyce’s Finnegans Wake / http://www.trentu.ca/faculty/jjoyce/fw-19.htm

[7] McLuhan M., Parker H. Through the Vanishing Point: Space in Poetry and Art. Space in Poetry and Painting / M. McLuhan. – New York: Harper & Row, 1968. – Р. 36.